![]() |
![]() |
||||
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
|
— Можно подумать, что подобные страдания выше человеческих сил, — сказал Матиас. Он посмотрел на Карлу: — Но в этом и состоит наш гений. Карла ничего не ответила. Он смел пыль с каменного блока и предложил ей сесть, что она и сделала. Подавив стон, поскольку каждая косточка в нем громко выражала собственные горестные жалобы, он тоже уселся. Карла прочитала благодарственную молитву, и, к ее удивлению, он присоединился к ней. Они перекрестились. — Вы еще меня обратите, — произнес он, протягивая ей флягу с вином. Рука у него была в царапинах и синяках. Два пальца, один из них распухший посередине, как веретено, были связаны вместе обрывком тряпки. — Прошу прощения, — сказал он. — Стаканов я не захватил. Она взяла флягу и сделала глоток. Вино оказалось теплое и сладкое и не утоляло жажду настолько, насколько она привыкла. Возможно, вообще не утоляло. Она протянула флягу обратно. — Выпейте еще, — предложил он, — наверное, горло у вас совсем пересохло, а сегодня вам еще понадобятся силы. Она отпила еще глоток и утерла губы. Матиас влил в рот с полпинты и разом проглотил. Он заткнул флягу, отставил в сторону, и она наблюдала, как он срезает корку с ломтя сыра кинжалом, рукоять которого была украшена рубином. Он проделал все с чрезвычайной ловкостью, потом отрезал тонкий ломтик и протянул ей на кончике кинжала, чтобы не касаться сыра испачканными пальцами. — Попробуйте, — сказал он. — Он сам тает на языке, словно стихотворение. Сыр оказался острый и именно такой замечательный, как он обещал. Желудок Карлы болезненно сжался от голода, которого она не сознавала до сих пор. Они ели. — Когда я отправлялся в Сент-Эльмо, — сказал Матиас, — вы жаловались, что не приносите миру никакой пользы. Я вернулся и обнаружил, что вы сделались предметом общего поклонения. И совершенно по праву. Комплимент, полученный от него, тронул Карлу, она покраснела. И спросила: — А чего достигли вы с тех пор, как вернулись, не считая увечий? — Радостного мало, это верно, — согласился Тангейзер. — В исполнении своего заветного желания я не продвинулся ни на шаг. Карла заметила: — Зато вы сделали счастливой Ампаро. Матиас закашлялся, поперхнувшись крошкой сыра. Он отдышался. — Ну, повсеместно известно, что любовные игры необходимы для поддержания физического здоровья, а в моем нынешнем состоянии все лекарства хороши. |
||
![]() |
![]() |